Дочь писательницы-нобелиатки Элис Манро рассказала о насилии со стороны отчима

О чем рассказала дочь Элис Манро

Андреа Скиннер опубликовала статью в одном из канадских медиа, в котором рассказала о домогательствах и сексуализированном насилии, с которым она столкнулась со стороны отчима, Джеральда Фремлина.

Абьюз начался, когда Андреа было всего девять лет — первый случай насилия произошел летом 1976 года. Тогда Скиннер приехала в гости к маме: Манро оставила их одних, и Джеральд, по воспоминаниям женщины, «залез к ней в кровать, пока та спала, и начал трогать ее».

Подобное насилие продолжалось в течение нескольких лет — более того, Джеральд открыто признавался Андреа, что его тянет и к другим несовершеннолетним девочкам, живущим по соседству, а также рассказывал «о сексуальных потребностях» ее матери.

В 1992 году Андреа решила открыть страшную правду и написала своей матери письмо, в котором обвинила отчима в насилии и подробно описала, что с ней происходило. Однако Элис Манро не только предпочла остаться жить с мужем-педофилом, но и обвинила собственную дочь, заявив, что чувствует себя преданной.

Кроме того, позднее Андреа стал угрожать и сам Джеральд Фремлин — он отправлял ей письма, в которых называл «разрушительницей семейного очага», угрожал убить, если она заявит о случившемся в полицию, и распространить фотографии, которые были сделаны в ее детстве.

В 2005 году Андреа все-таки обратилась в полицию — после этого Джеральд был обвинен в «развратных действиях» и обвинен на два года тюрьмы условно, а также получил запрет на любые контакты с самой Скиннер. Несмотря на это, Элис Манро продолжала жить с ним вместе вплоть до его смерти в 2013 году. Сама же Андреа признается, что до сих пор чувствует последствия насилия со стороны отчима — она страдает от мигрени, булимии и бессонницы.

Почему женщина не оставляет мужчину, узнав о растлении своего ребенка

К сожалению, такие истории не редкость, когда дети сообщают матерям о сексуализированном насилии со стороны члена семьи: отца, отчима или иного близкого человека. И реакция на случившееся разная: мама может быть не готова это признать и поверить своему ребенку, требовать от него осознанного поведения взрослого человека, который знает, как действовать в подобных ситуациях.

Иногда вместо поддержки ребенок сталкивается с обвинениями в том, что не сумел вести себя правильно, либо в намеренном взаимодействии или излишнем фантазировании. Даже когда в семье происходит иное насилие, зачастую женщины остаются с теми, кто плохо относится к их детям.

Отчасти это связано с тем, что заявление о преступлении оборачивается большим количеством проблем, к которым женщина может быть не готова:

• неопределенное будущее;

• крушение брака;

• страх одиночества;

• репутационные риски;

• осуждение со стороны родственников и знакомых;

• огласка в СМИ;

• отсутствие отдельной жилплощади;

• финансовые и иные трудности.

В некоторых случаях между мамой и ребенком отсутствуют доверительные отношения, и тогда женщина может полагать, что ничего страшного с ее ребенком не произошло, раз ей не известно о страданиях своей дочери или сына, или считать, что насилие прекратится, как только она поговорит об этом с мужем или партнером.

Бывает и так, что женщина воспринимает находящегося рядом мужчину в лучшем свете (особенно если среди всех, кто его знает, у него репутация «славного парня») и не может и мысли допустить, что он способен совратить ребенка, не понимая, что насильник делает все, чтобы ребенок молчал и правда не вскрылась.